Легко поверить в чудеса...
ПоэзияСегодня у нас стихи Антония Ганненко. Антоний житель южного Подмосковья, стихи начал писать еще в юности. Стихи, это скорее увлечение, чем профессия!
«Хорош собой,
внутри неплох —
или playboy
иль полубог» – не скромно и шутя о себе Антоний.
внутри неплох —
или playboy
иль полубог» – не скромно и шутя о себе Антоний.
Или вот:
«Твой срок неведом, жизнь моя.
Инертно проживаю годы.
И всё что было у меня —
Лишь смерть, мучения и роды...»
Инертно проживаю годы.
И всё что было у меня —
Лишь смерть, мучения и роды...»
Но а мы знакомим вас со стихами Антония, надеемся, они вам понравятся!
Уеду в Питер...
Уеду в Питер, в старые районы,
где сырость выпита тоской,
где тертых стен касаешься рукой,
где ты до бесконечности чужой
безмолвно вторишь ночи белой стонам.
Здесь умирать приеду от тоски
Где в жутких дебрях полусвета,
Полутеней и полулета
выкрикиваешь в даль не ждя ответа
Лишь полузвуки слышишь ты, полугудки.
Здесь ты, как чья-то половина,
как будто часть во всём большом.
Вот эта улица и дом...
Возможно там, за тем окном
живёт она — твоя вторая половина.
Растит тебе ли дочь иль сына,
Совсем не думая о том.
где сырость выпита тоской,
где тертых стен касаешься рукой,
где ты до бесконечности чужой
безмолвно вторишь ночи белой стонам.
Здесь умирать приеду от тоски
Где в жутких дебрях полусвета,
Полутеней и полулета
выкрикиваешь в даль не ждя ответа
Лишь полузвуки слышишь ты, полугудки.
Здесь ты, как чья-то половина,
как будто часть во всём большом.
Вот эта улица и дом...
Возможно там, за тем окном
живёт она — твоя вторая половина.
Растит тебе ли дочь иль сына,
Совсем не думая о том.
Главное, что я июнь...
Главное, что я июнь.
И не важен день и время.
Утром я наполнен ленью
и печален ввечеру,
будто я сейчас умру
от избытка вдохновенья
иль усну
под хвойной сенью...
Словно в царство приведений,
в круг огня, сгустились тени
и кружатся трясь о стены...
Я в ночи копчу свечу.
Утром я наполнен ленью
и печален ввечеру,
будто я сейчас умру
от избытка вдохновенья
иль усну
под хвойной сенью...
Словно в царство приведений,
в круг огня, сгустились тени
и кружатся трясь о стены...
Я в ночи копчу свечу.
Женщине
Вам давно никто не пишет писем.
И не шлёт свои стихи.
Всё, что было в Вашей жизни
лишь мгновений огоньки.
Только искры впечатлений
от потухшего костра.
Лишь иллюзия свеченья
при отсутствии тепла.
Я ведь помню Вас счастливой,
жизнерадостной, живой.
С необъятной жизни силой,
и пленящей красотой.
И хмелеюще-прекрасной,
и пьянеющей от рифм...
А осталась только маска;
Словно небыль, словно миф.
Стали Вы надменно-скучны,
и озлобленно горды.
И не светит в сердце лучик
опьяняющей весны.
Может это просто старость
или новая среда.
Что ещё от Вас осталось?
Только губы и глаза,
"лишь осенняя усталость..."
Как сказал бы Вам поэт.
Но поэтов не осталось,
только рифм звенящий бред.
Только горький вздох о прошлом,
только эхо страстных снов,
только слов былая роскошь,
только выпитого дно.
Всё, что было в Вашей жизни
лишь мгновений огоньки.
Только искры впечатлений
от потухшего костра.
Лишь иллюзия свеченья
при отсутствии тепла.
Я ведь помню Вас счастливой,
жизнерадостной, живой.
С необъятной жизни силой,
и пленящей красотой.
И хмелеюще-прекрасной,
и пьянеющей от рифм...
А осталась только маска;
Словно небыль, словно миф.
Стали Вы надменно-скучны,
и озлобленно горды.
И не светит в сердце лучик
опьяняющей весны.
Может это просто старость
или новая среда.
Что ещё от Вас осталось?
Только губы и глаза,
"лишь осенняя усталость..."
Как сказал бы Вам поэт.
Но поэтов не осталось,
только рифм звенящий бред.
Только горький вздох о прошлом,
только эхо страстных снов,
только слов былая роскошь,
только выпитого дно.
Мне нечего сказать...
Мне нечего сказать
и я сижу молчу.
Не едут в гости звать
не царь, не к палачу.
А мог бы говорить,
а мог бы песни петь.
Спросил бы закурить,
но слов иссякла медь.
Сидел и не тужил
во смраде папирос.
Так лихо жизнь прожил —
то ставка, то допрос.
То с матом анекдот,
то в рифмах сыпал тост.
Сейчас гляжу в окно,
а за окном погост.
А за окном метель.
Вокруг белым снега.
А было слов капель
и думал навсегда.
И жил я не тужил.
Другую не найти.
Мне эту жизнь прожить,
не поле перейти.
Теперь звенит в ушах
набатом тишина.
Нет остроты в словах,
затуплены слова.
И слышится окрест
вороньи голоса.
А где ж былая спесь?
Но не разжать уста.
Ты куришь и молчишь.
И я сижу молчу.
Хоть мысленно кричишь.
И я в ответ кричу.
Не едут в гости звать
не царь, не к палачу.
А мог бы говорить,
а мог бы песни петь.
Спросил бы закурить,
но слов иссякла медь.
Сидел и не тужил
во смраде папирос.
Так лихо жизнь прожил —
то ставка, то допрос.
То с матом анекдот,
то в рифмах сыпал тост.
Сейчас гляжу в окно,
а за окном погост.
А за окном метель.
Вокруг белым снега.
А было слов капель
и думал навсегда.
И жил я не тужил.
Другую не найти.
Мне эту жизнь прожить,
не поле перейти.
Теперь звенит в ушах
набатом тишина.
Нет остроты в словах,
затуплены слова.
И слышится окрест
вороньи голоса.
А где ж былая спесь?
Но не разжать уста.
Ты куришь и молчишь.
И я сижу молчу.
Хоть мысленно кричишь.
И я в ответ кричу.
Легко поверить в чудеса
Легко поверить в чудеса.
Раскрой окно, открой глаза.
Как сходят наземь небеса,
ты всё увидишь сам.
Как загорается заря
Выходят из берегов моря
И что родился ты не зря
Увидишь там.
Там ждёт тебя пустынный пляж.
И хочешь ляг, а хочешь ляж.
Налей, а может и намажь.
Тебе решать.
У сна о лете нет конца.
Но это счастье без лица.
Ты царь без власти и дворца.
Пора вставать...
Раскрой окно, открой глаза.
Как сходят наземь небеса,
ты всё увидишь сам.
Как загорается заря
Выходят из берегов моря
И что родился ты не зря
Увидишь там.
Там ждёт тебя пустынный пляж.
И хочешь ляг, а хочешь ляж.
Налей, а может и намажь.
Тебе решать.
У сна о лете нет конца.
Но это счастье без лица.
Ты царь без власти и дворца.
Пора вставать...
Со стихами Антония вы также можете познакомиться на его страничке на сайте Стихи.ру http://www.stihi.ru/avtor/gannenko&s=100
